четверг, 27 января 2011 г.

Война и люди


Сейчас я, в основном в целях самодисциплины, перевожу сборник документов времен оккупации Франции немецкими войсками — Paroles de l'ombre. Lettres, carnets et recits des Francais sous l'Occupation 19391945 (составитель Jean-Pierre Gueno). Мне бы хотелось познакомить вас с некоторыми из этих записок, писем, заметок из записных книжек, завещаний, свидетельств и рассказов. Начну я с письма шестилетнего мальчика Мишеля Эмриха, который в 1943 году написал письмо отцу, отправленному на принудительные работы в одно из немецких крестьянских хозяйств. В 2008 году Мишель Эмрих написал еще одно письмо отцу, в котором рассказал о том, как было написано первое послание и что произошло после этого. 


Робер Дуано. Любовь и колючая проволока. Сад Тюильри, Париж, 1944


В ноябре 1943 года Роза, мама 6-летнего Мишеля, приняла участие в организованном правительством Петена пропагандистском конкурсе. По условиям конкурса авторы самых трогательных писем, адресованных военнопленным или отправленным на принудительные работы в Германию французским мужчинам, получали возможность провести Рождество со своими отцами. Послание Мишеля заняло первое место среди писем, написанных детьми Лиона. Мальчик и его мама были приглашены в Париж на елку. Но отец Мишеля, Анри, был задержан на границе и смог воссоединиться с родными уже после рождественских праздников, в Лионе. Анри воспользовался этой возможностью, чтобы никогда больше не возвращаться в Германию.




                      
Папочка,
Когда ты ушел на войну, я был еще совсем маленьким. Сейчас я уже хожу в школу и пробую писать самостоятельно. Когда я вырасту еще чуть-чуть, я на самолете полечу тебя искать. Ты мне так нужен, папочка. Знаешь, у меня много сломанных игрушек, и мама мне все время повторяет: «Папа их починит». Ты ведь сможешь их починить, правда?.. Ты сделаешь для меня маленькие инструменты, и я буду помогать тебе, как настоящий мужчина. Я просил у Иисусика, чтобы он вместе с игрушками послал мне на Рождество моего папочку, чтобы я мог тебе сказать: «С Рождеством, папочка!»
Если ты вернешься, не забудь купить мамочке в подарок маленькую сестренку, у меня в копилке не осталось монеток. Целую тебя. Твой мальчик, который тебя так любит.
Мишель Эмрих.

В 2008 году Мишель Эмрих написал своему отцу второе письмо.

Дорогой папа,
помнишь ли ты песенку «Папочка, сегодня твой праздник, но мама сказала, что сегодня тебя не будет с нами»? Она ассоциируется у меня с осенью 1943 года и особенно с тем днем, когда я с помощью мамы прилагал старания к тому, чтобы написать письмо на объявленный правительством Виши пропагандистский конкурс. Ты был в плену уже много лет. Ты заболел в лагере и поэтому согласился на то, чтобы ради спасения своей жизни отправиться работать на ферму. В это время я, нежный ребенок, был единственным «мужчиной» в «Маленьком винограднике» нашем кафе. Ребенком, которого нежили женщины: мама, бабушка, крестная Ноэль, тетушки Полин и Жанн, которые приходили нам помогать. Мне было шесть лет. Мама считала, что с помощью этого конкурса сможет приблизить исполнение своей мечты – собрать всю семью, нас троих под елкой.
Я не знаю почему (это было чудом!), но именно я оказался среди двух лауреатов конкурса от Лиона. Мы были приглашены в Париж. В поезде наши попутчики почти не разговаривали с нами, после того как мама рассказала им нашу историю. Я так никогда и не понял, почему   потому что мы приняли участие в правительственном конкурсе или потому что ты работал на немецких крестьян.
Мы прибыли на Лионский вокзал уже после начала комендантского часа. Нас вызвался проводить до гостиницы единственный пассажир из нашего купе, который не задирал нос перед нами. Я думаю, что он «втюрился» в маму. Ей было 28 лет и, конечно же, она была миленькая. Мы прибыли в отель «Лютеция». Наш «гид» получил нагоняй от немецких солдат. Он был доволен. Наша комната номер 501 была неплохой, мы с мамой спали в одной кровати. Я представлял себя рыцарем, который охраняет принцессу. На следующий день мы отправились на экскурсию – Сакре-Кер, Гран Пале, зимний цирк, и в конце гора игрушек, которые нам подарили. К сожалению, ты не смог приехать. Ты все не приходил и не приходил, в то время как других детей заключали в объятия отцы. Всю обратную дорогу в Лион мама рыдала. На следующее утро, очень рано, ты вошел в «Маленький виноградник», поднялся наверх в нашу комнату. Ты был в старых башмаках и дырявом пальто. Тебя задержали на границе.
И тогда (я вспоминаю это каждый день) ты, одетый, бросился в кровать к маме, несмотря на то, что моя маленькая кроватка стояла рядом. Вы думали, что я сплю. Внезапно я открыл для себя все. Конечно, ты, мужчина, которого я практически не помнил, которого я не знал, был в своем праве. У тебя было право броситься в кровать моей матери. После этого я проплакал целый день в своем тайном укрытии. Я тебя ненавидел. У меня было ощущение утраченного благополучия, счастливого детства, которое закончилось, исчезающего мира женщин, в  который я больше не смогу вернуться.
Потом мы с мамой навещали тебя в Савойе, куда ты отправился, чтобы спрятаться у друзей. Я пинал тебя ногами под столом, на реке я звал на помощь, думая, что ты хочешь меня утопить. Через какое-то время ты вернулся в Лион, жизнь вошла в привычное русло. Я смог тебя узнать, а потом и полюбить. Я так никогда и не рассказал тебе о той печали которую ты, сам не ведая о том, вызвал в моей душе. Я понимаю, что ты не знал. Не знал, что стал причиной того, что закончилось мое детство. Теперь, когда и ты, и мама уже в лучшем мире, я решил рассказать тебе об этом. История с конкурсом и то, что случилось потом, сделали взрослым.
Мишель Эмрих






Из книги Jean-Pierre Gueno.
Paroles de l'ombre. Lettres, carnets et recits des Francais sous l'Occupation 19391945. Paris, E.J.L, 2009

Комментариев нет:

Отправить комментарий